Уард оказался превосходным любовником — нежным, обходительным, сумевшим рассеять все девичьи опасения. Кэти ответила на его ласки со всей полнотой своей страсти. Уард любил смотреть на нее обнаженную при солнечном свете, был изобретателен в любви и быстро научил ее делать то, что приносило им наивысшее наслаждение. Трепетное чувство взлета на вершину экстаза питало их связь вплоть до минувшего года. Если порой и возникали сомнения, что в их любовных отношениях чего-то недостает, Кэти тут же гнала от себя эти глупые мысли и никогда не выражала их вслух. Сейчас, глядя на воду невидящими глазами, она вдруг отчетливо поняла то, чего не могла разглядеть тогда, очарованная любовью: в их отношениях не было ничего, кроме эротического восторга…

Испуганная протяжным гудком, Кэти обернулась. Рядом в противоположном направлении проходил большой двухпалубный корабль, заставив их маленький паромчик закачаться с боку на бок на крутых волнах…

Что именно она любила в Уарде? После трех лет, проведенных в Нью-Йорке, ее уже не развлекали шикарные вечеринки и яркие сборища, длинные и скучные вечера, проведенные в компании богатых обитателей, помешанных на политике. Не тогда ли и поняла, что жизнь, которую вел Уард, не такая уж восхитительная? От нее разило неестественностью. Ей же хотелось большего.

— А как же насчет бездомных, обездоленных людей, женщин, которые не могут прокормить своих детей? О них ты не хочешь подумать, Уард? — как-то спросила она, наблюдая, как он порхает среди людей, занимающих видное положение.

— Почему же, Кэти! Но ведь не они поддержат меня и оплатят мою избирательную кампанию, — ответил он. — А вот когда меня изберут, я позабочусь о всех твоих заблудших душах.

— Они не "заблудшие души". Это люди, которым требуется забота и помощь, — возразила она.

— Я знаю, дорогая, знаю, — прошептал Уард, проводя пальцами по ее шее. — Обещаю тебе, что приложу все силы, чтобы изменить мир, но сейчас мне необходимо вести ловкую и хитрую игру. С твоим участием. Ты так прекрасна, мы хорошо смотримся вместе.